И вот я в кровати — как и прошлой ночью. Я закрыла глаза и в ту же секунду открыла их — ожидая увидеть что-то, что пряталось во тьме до сих пор. Как глупо! Говорят, на самом деле привидений нельзя увидеть, потому что зрение — это нечто физическое, а призраки лишены физической сущности. Вы просто чувствуете их. А я чувствовала, что в доме что-то есть, — с приходом темноты это ощущение переросло в уверенность.

Я снова закрыла глаза и представила себе, что я еду в поезде: в тот же миг усталость взяла свое, и я заснула.

Проснулась я от ужаса. Мой взгляд упал на свечу, и я поняла, что проспала какое-то время, поскольку она уже достаточно оплыла. Я села в постели и оглядела комнату — похоже, покрытые чехлами груды мебели остались там же, где и были. Я посмотрела в окно. Темнота. Но что-то меня разбудило. Сон? Видимо, плохой сон, потому что я дрожала, а сердце колотилось как бешеное.

— Это — только сон, — громко сказала я. Но тревога не отпускала. За тихим шепотом волн я различила какой-то звук. Голоса… потом скрип двери.

Я вскочила с кровати и замерла, уставившись на дверь.

Кто-то еще был на острове. Даже в доме.

Голоса! Один — глубокий и низкий, другой — тоньше. До меня донесся звук — звук шагов.

— Мне все это мерещится, — прошептала я.

Но нет. Послышался скрип ступеней на лестнице и снова шаги, теперь уже ближе.

Мое сердце билось так громко, что я не могла даже думать. Вся обратившись в слух, я стояла у двери. Без сомнения, кто-то поднимался по лестнице. Потом до меня долетел голос, женский голос:

— Пойдем отсюда. Мне это не нравится.

И низкий смех — смех мужчины.

Одно я знала теперь твердо: кто бы это ни был, это не привидения, и они в любую минуту могли войти в комнату. Я едва успела подбежать к туалетному столику и спрятаться под пыльным чехлом, как дверь отворилась.

— Ага! Вот мы и здесь! — произнес знакомый голос.

— Свеча… свет, мистер Бевил.